Цена неволи

Человек продолжал бороться за свои права и за решеткой. Было несколько пересмотров дела. В итоге, когда всем стало ясно, что человек сидит ни за что, срок лишения свободы "тактично" уменьшили. Ровно столько к тому времени и отсидел бобруйчанин. А весной этого года Верховный Суд Беларуси рассмотрел кассационную жалобу Александра Коваленко и принял решение отменить обвинительный приговор. Кроме всего прочего, Коваленко также имел право востребовать материальный и моральный ущерб, что, собственно говоря, он и сделал.

— На днях закончилось последнее судебное заседание по моему иску, — рассказал Александр Яковлевич. — На суде в качестве ответчиков выступали Главное государственное казначейство Министерства финансов Беларуси, финансовое управление Могилевского облисполкома и управление социальной защиты Администрации Октябрьского района г.Могилева.  Как высчитывал иск? Взял среднемесячную заработную плату за период с 2006-го по 2009-й год (это составило 732 тысячи рублей) и умножил на количество суток, которые находился за решеткой. Получилось 846 миллионов 924 тысячи рублей. Замечу, что умножал не на месяцы, а именно на сутки, потому что находился не на курорте.  Кроме морального иска предъявил и материальный. Например, моя жена за время моего нахождения в местах лишения свободы оплачивала расходы адвоката, что составило около 8 миллионов рублей. Находясь в тюрьме, я достиг пенсионного возраста, но пенсию мне назначили на семь месяцев позже. Поэтому требовал также выплаты пенсии в полном объеме. Просил компенсировать мне фактически недополученную зарплату, поскольку все это время мог работать. Кроме того, после тюрьмы проходил лечение, и мне пришлось оплачивать лекарства и процедуры. До моего ареста проводилась газификация дома, в котором живем, я был членом кооператива. Когда арестовали, не смог провести газ к дому. А теперь все это значительно подорожало... В итоге общая исковая сумма получилась такая — 864 миллиона 347 тысяч 359 рублей.

— Каков итог?

— Суд принял решение в части морального иска выплатить мне 25 миллионов рублей (примерно 660 тысяч за каждый месяц тюрьмы. — Авт.) и оплатить сумму, которую лично я затратил на адвоката, — 1 миллион 400 тысяч. Все остальные претензии оставили без удовлетворения. Мол, эти вопросы должны рассматриваться тем судебным органом, который меня судил, — Могилевским областным судом. Так что буду продолжать добиваться возмещения морального иска в полном объеме. Нынешнее решение меня не устраивает.

— Это правда, что после того, как Верховный Суд Беларуси отменил обвинительный приговор, вас принял Генеральный прокурор Беларуси?

— Да, это так. Принял хорошо, поздравил с освобождением и тактично извинился за действия своих сотрудников. Сказал, что его подчиненные, изучая мое дело, часто сообщали ему недостоверные сведения. На том и разошлись. Кроме того (не знаю, связано ли это с моим делом), не так давно был освобожден от должности прокурор Бобруйска. А вот оперативники и следователь, которые "разрабатывали" меня, кажется, еще до сих пор на своих рабочих местах. Наверное, раскрывают новые преступления…